Эду отчаянно хотелось унять прогрессирующую сухость во рту, но он сдержался. Бутылка <<хенесси>> выглядела так маняще... Для успокоения нервов он стал рассматривать рисунок тушью на шелке, висевший над диваном. Это был едва обозначенный кистью пейзаж в стиле <<сумие>>. От предметов и людей веяло невыразимой фальшью.

Элка подошла к столику и нацедила себе вина в бокал. Стала пить маленькими глотками. Эдик плюнул на последствия и расположился в кресле. Теперь его подташнивало от этого совсем не дешевого спектакля.

<<Адвокат>> взял Элеонору за руку и вложил ее кисть в свою пухлую ладонь. Ободряюще пожал и отпустил.

-- Выйди, пожалуйста, девочка, -- попросил он ласково.

-- Хорошо, папа.

У Пыляева полезли на лоб его мутные глаза. Если бы он мог взглянуть на ситуацию со стороны, то наверняка уже давился бы от смеха. Оказалось, что быть героем анекдота не очень-то весело. И выпить хотелось нестерпимо.

-- Слушай, может изложишь претензии письменно? -- предложил Эдик. -- Я адрес оставлю.

-- Не хами, сынок, -- сказал <<адвокат>> без всякого выражения, и Пыляев понял, что действительно лучше попридержать язык.

-- У меня к тебе предложение, -- начал бородатый. -- Смотри на меня. Повторять не стану. Я хочу, чтобы ты понял: никаких вариантов, кроме предложенных, не будет. Вариант первый: ты женишься на этой девочке и проживешь, как в сказке, -- долго и счастливо. Вариант второй: ты не женишься, но трахнуть ее тебе все равно придется. Когда протрезвеешь, конечно. Она должна забеременеть.

Тут уж Пыляев не выдержал и захихикал.

-- Черт, не могу поверить! Тебе это зачем?

-- Евгенический экстремум. Случается в среднем один раз в пятьсот лет. Сам понимаешь, такой шанс упустить нельзя.

Пыляев чуть было не совершил очередную ошибку, решив, что его разыгрывают довольно дурацким образом. Он кое-что читал о запрещенных экспериментах по выращиванию <<гомо супера>>, но считал это либо газетной <<уткой>>, либо полным кретинизмом. В худшем случае -- забавой окончательно спятивших яйцеголовых.